— Расскажите, Николай Петрович, что-нибудь эдакое, чтобы кровь в жилах стыла! — попросили друзья, когда мы сидели на теплой кухне, пили кофе с коньяком и слушали, как за окном воет ноябрьский ветер. Николай Петрович, тучный мужчина с печальными глазами спаниеля, покрутил в руках пузатую рюмку, тяжело вздохнул и начал: — Рассказ мой, друзья мои, начинается с того, с чего начинаются почти все мужские одиссеи на Руси: я поругался с женой и крепко выпил. Напился я, смею заметить, не от радости бытия...

Дождь только что кончился. Асфальт блестел, и в лужах отражалось серое небо. До конца рабочего дня оставалось четыре часа, а в пакете лежали шампиньоны, чтобы пожарить с картошкой. Дочка обожает грибы. Я купила их утром, на рынке, у той самой тётки, которая всегда даёт мне свежие и чуть-чуть сбрасывает цену, потому что я их постоянный клиент. Я шла на работу в БТИ, прижимала пакет к груди и смотрела в окно кофейни на первом этаже гостиницы. Я смотрела туда, где он сидел. Я тогда ещё не знала, что через четыре минуты моя жизнь перестанет быть прежней...