Чемодан был старый, с заедающей молнией, которую Елена пыталась укротить уже минут десять. Наконец язычок с треском поддался, и ровные стопки свитеров, блузок и аккуратно сложенных джинсов скрылись под плотной тканью. Елена присела на край дивана и оглядела комнату. Светлые обои с незамысловатым растительным узором — она выбирала их сама два года назад, когда они только въехали в эту квартиру. Шторы цвета пыльной розы — тоже её выбор, куплены на распродаже после трёх месяцев экономии на обедах. Журнальный столик, на котором стояла любимая кружка Вадима с отбитой ручкой...

— Кристин, ну у вас же тут целый ангар простаивает, неужели пара комплектов резины сильно помешает? Мой деверь Слава стоял на выложенной свежей брусчаткой подъездной дорожке и с хозяйским прищуром оценивал наш новый дом. За его спиной, в открытом багажнике заляпанного грязью кроссовера, громоздились не только шины. Там лежал свернутый в плотную трубу старый линолеум, три картонные коробки, перевязанные бечевкой, и детский снегокат с треснувшим пластиковым сиденьем. Рядом со Славой переминался с ноги на ногу мой муж Денис...