Свинцовые тучи нависли так низко, что, казалось, вот-вот заденут крыши своей серой массой. Осенний воздух, сухой и колючий, уже предвещал скорую зиму, хотя на ветвях еще трепетали остатки пожухлой листвы. Холод был злым — он просачивался сквозь одежду, вгрызаясь в тело, словно желая оставить о себе долгую память. Любовь Ивановна плотнее закуталась в ветхую шаль, утеплилась как могла и осторожно спустилась с крыльца. Каждый шаг по этой тропинке был выучен наизусть: ноги сами обходили выступающие корни и знали, где грунт надежнее, а где предательски рыхлый...