— Да кому ты будешь нужна после расставания? — с издевательской ухмылкой бросил Кирилл, лениво вращая в пальцах хрустальный бокал. — Не пройдёт и пары недель — сама прибежишь, умоляя принять обратно. В просторной столовой воцарилась давящая тишина. Ещё минуту назад шумная компания оживлённо спорила о том, где лучше отдыхать — на море или в горах, а теперь все будто разом лишились дара речи. Кто-то нервно подцепил вилкой кусочек запечённой курицы, кто-то уставился в узор скатерти, словно в нём скрывался ответ на все вопросы...

Пёс стоял посреди дороги – чёрный, мокрый, тощий, как вешалка, на которую забыли повесить пальто. Стоял и смотрел на Иванову машину, не двигаясь, не убегая, будто ему было уже всё равно – собьют так собьют. Иван затормозил, выругался. Дворники гоняли воду по лобовому стеклу – ноябрьский дождь шёл третий день подряд, дорога блестела, как чёрное зеркало. Фары высветили пса целиком: крупный, лохматый, с висящими ушами и длинной мордой. Рёбра торчали, шерсть свалялась в колтуны. Одна задняя лапа поджата, не наступает...