— Мне нужны ключи от вашей квартиры, — сказала Вероника так буднично, будто просила соль. Я стояла у плиты и мешала гречку. Максим резал хлеб, делал вид, что очень занят ровными ломтиками. А его сестра сидела на нашем кухонном стуле, закинув ногу на ногу, и постукивала ногтем по телефону. — Зачем? — спросила я. — Алиночка, ну что за вопрос? — Вероника улыбнулась ярко, с той самой помадой, которая оставалась на каждой чашке. — Я же семья. Мама иногда просит заехать, цветы полить, курьера встретить, вдруг у Макса что-то понадобится...

— Собирай манатки, Серёж. И кланяться твоей матери больше некому, код от домофона я сменила, — сухо произнесла Кира, ставя на пол тяжеленный баул с вещами мужа. Сергей замер в проеме, не снимая ботинок. Он переводил взгляд с жены на серую клетчатую сумку, и в его глазах медленно закипала смесь неверия и уязвленного самолюбия. — Ты сейчас шутишь так плоско? — выдавил он, наконец разлепив губы. — Я давно не шучу. Ты просто отвык слышать мой серьезный тон. — Ты выставила мою мать за порог, как собачонку, а теперь меня вещами швыряешься? Кира поправила сползший с плеча рукав домашней кофты...