Первой заметила Аня. В субботу я жарила блины, а она села за стол и, не поднимая глаз от телефона, сказала: – Папа опять с телефоном в машину ушёл. – Ну и что, – ответила я, переворачивая блин. – Может, новости читает...

– Галь, ну дал я ему код. Не чужой же человек, сын мой. Я стояла посреди мастерской с телефоном у уха и смотрела на свой оверлок. В нём была заправлена чёрная нитка. В машине, которую я полгода настраивала под тонкий шёлк и где отродясь не бывало ничего, кроме белого и молочного...