Нина Васильевна поставила сумку на асфальт, чтобы перехватить поудобнее, и в этот момент на лавочке замолчали. Все трое. — Что? — спросила она. — Джинсы, — сказала Зинаида Петровна. — Вам семьдесят два года. — И что, они мне жмут? — Так они же в облипку! — Они называются скинни, — Нина Васильевна подняла сумку. — И они удобные. Ничего нигде не задирается и не сползает. А брюки на резинке я надевать не готова, в них я похожа на диванный чехол. Люба с пятого этажа фыркнула. Валентина промолчала, но промолчала выразительно...

Дверь бесшумно приоткрылась, и Виктория жестами показала Артуру, чтобы он вышел. Молодой консультант бросил взгляд на сидевшую напротив клиентку, однако коллега мимикой и выразительными движениями рук дала понять: дело не терпит отлагательств. — Простите, я сейчас… — обратился Артур к посетительнице и тут же выскользнул за стеклянную дверь. Виктория, почти переходя на громкий шёпот и сбиваясь от волнения, выпалила: — Софа тебя вызывает. Велела немедленно явиться пред её светлые очи. Никаких оправданий: бросай всё и мчись к ней...