— Сюрпри-и-из! — Денис с торжественным видом водрузил на стол коробку, перевязанную золотистой лентой. Аня отложила полотенце, которым вытирала руки. Её взгляд скользнул по мужу: Денис стоял посреди кухни в нарядной рубашке, которую он надевал лишь по большим праздникам. На его лице сияла та снисходительно-покровительственная улыбка, которая в последние годы всё чаще появлялась у него, когда он дарил ей подарки. — День рождения всё-таки, — пояснил он, и легонько пододвинул коробку ближе к ней. — Ну, открывай, не томи...

– Я твою однушку сестре подарил. Ей нужнее, – сказал Виктор, не поднимая глаз от тарелки с борщом. Ложка Ларисы замерла на полпути ко рту. В кухне тикали часы с кукушкой, которые Виктор притащил от своей матери. Кукушка высунулась, прокуковала семь раз и спряталась. – Что ты сказал? – переспросила Лариса. – Кате тяжело. Она с Максимом в общежитии ютится. Комната двенадцать метров, соседи пьют. А у нас квартира пустая стоит. Я решил – пусть живёт. Лариса положила ложку. Борщ был горячий, она обожгла язык, но не почувствовала...