– Формы твои я на балкон вынесла. Нечего им на кухне делать, тут люди едят. Свекровь сказала это, не оборачиваясь. Стояла у плиты в моём фартуке и мешала в кастрюле что-то с лавровым листом. Левая рука в гипсе висела на косынке, правой она управлялась за двоих. Было семь утра. К одиннадцати должна была приехать заказчица: торт на выписку из роддома, два яруса, голубой крем, аист из мастики. Аист сох с вечера на второй полке. Полки больше не было. Вместо неё стояли банки с крупой, подписанные чужим почерком: «гречка», «пшено», «рис круглый»...

До сдачи квартиры оставались считаные дни. Муж обещал исправить замечания по моему проекту, но вместо этого привёл на приёмку мать, бывшего прораба. Он был уверен, что при заказчиках я не решусь ему возразить. — Завтра закроем эту стену плиткой, — сказал Руслан рабочему. — Карина опять будет разглядывать свои линии, а людям въезжать надо. Он произнёс это при мне. Даже не повернулся, когда я подошла к душевой и присела возле порога. На полу уже лежал слой гидроизоляции, но в месте примыкания к стене не было предусмотренной проектом уплотнительной ленты...