Медный таз упал с гвоздя ровно в половине шестого утра. Валентина вздрогнула всем телом и села на кровати, прижимая ладонь к груди. Сердце колотилось где-то у самого горла, а в голове ещё плавал обрывок сна — будто Алёша стоит на обледенелом тракте и машет ей рукой, а она кричит ему что-то про тормоза, про гололёд, но голос пропадает, как в вате. — Мам, ты чего? — Павлик завозился под одеялом, приподнял взлохмаченную голову. — Спи, сынок, спи. Таз сорвался. Она опустила босые ноги на холодный пол, поёжилась...

В 2018 г. старейший муниципальный перевозчик "Хабаровское пассажирское автотранспортное предприятие №1" в условиях конкуренции с коммерческими перевозчиками не выдержало и прекратило своё существование,...

Снег в тот день шел мокрый, тяжелый. Он ложился на крышки гробов так, будто хотел вмерзнуть в дерево и остаться там навсегда. Хоронили в самую слякоть: земля под лопатами расползалась в черную кашу, а сапоги уходили в неё по щиколотку. Я стоял у края могилы, держа шапку в руках. Вода с неба стекала мне за воротник, но я не двигался. Двигаться было нельзя. Когда хоронят человека, который двадцать лет учил тебя держать ключ и держать слово, ты стоишь смирно, даже если по тебе течет ледяная вода. Хоронили в конце апреля...