Гриша собрался всю ночь крутиться на голой скамейке. Но к его удивлению, сон скоро пришел к парню. То ли родную землю он почуял, то ли нервы сдали на столько, что нужно было набраться хоть каких-то сил. Разговор предстоял тяжелый. Даже ему, повидавшему за годы войны многое, страшно было думать о том, что он узнает от фельдшерицы завтра. Проснулся он от того, что потянуло свежим ветерком. Открыл глаза и первое время не мог понять, где он находится. Темнота и только свет пробивается в узенькую распахнутую дверь, откуда тянет холодком...

Марина взяла Алёшку за руку и улыбнувшись ему, пошла прочь. Так, главное не плакать, не плакать, - Марина успокаивала себя и не замечала, что сильно сжимает ручонку Алёшки. -Ой прости, прости. -Ничего, Ма, если тебе так легче...- мальчик вздохнул. -Ты чего? Алёш? -Я во всё виноват...Меня из садика выгнали, тебя из-за меня с работы...ещё...ещё...Лучше бы я не родился совсем...я слышал, как тётя Галя, говорила...говорила...что я на погибель родился. -Эй, ты чего? -Марина присела перед мальчиком на корточки, у него по щёчкам текли слёзы, - никогда чтобы больше так не говорил, слышишь, никогда...