Анна Петровна проснулась в четыре утра, как и последние двадцать лет. Организм, привыкший к графику типографских смен, не признавал выходных. Она лежала в темноте своей маленькой спальни, где обои давно выцвели, превратившись в невнятный бежевый шум, и слушала гул города. В этом гуле ей слышался марш Мендельсона. Сегодня был особенный день — «день передачи эстафеты». Так она называла его про себя. Она чувствовала себя марафонцем, который вот-вот достигнет финиша и передаст заветную палочку дочери, чтобы та бежала дальше — легко, красиво, не сбивая дыхания...

Тишина после нее всегда была особенной. Густой, липкой, будто воздух в квартире пропитался не только запахом ее духов — удушливо-сладких, с привкусом дешевой карамели — но и тяжелыми, невысказанными мыслями, которые она после себя оставляла...