Ключи от квартиры свекрови висели на отдельном брелоке. Пластиковая рыбка, выцветшая до неопределённого цвета, с мутным глазом. Вера каждое утро снимала этот брелок с крючка в прихожей, и рыбка покачивалась, будто живая. По будням жизнь начиналась в шесть тридцать. Подъём, душ, завтрак для Насти и Димы, потом сорок минут в маршрутке до Ленинского проспекта. Свекровь жила на четвёртом этаже без лифта, и каждая ступенька пахла варёной картошкой и чем-то аптечным, неуловимо горьким. Вера открывала дверь своими ключами...

Средство для мытья посуды стояло справа. Ирина точно помнила: утром она оставила бутылку слева, ближе к стене, потому что так удобнее дотянуться правой рукой. А теперь бутылка переехала к самому краю раковины. На такое нормальный человек не обратит внимания. Но Ирина замечала подобные перемены уже третью неделю. Полотенце в ванной, перевешенное на соседний крючок. Специи на кухонной полке, выстроенные по высоте, хотя она расставляла их иначе: соль ближе, паприка дальше, куркума совсем в углу. Детские колготки Полины в шкафу, скатанные в тугие рулетики вместо привычных стопок...