Субботний вечер в нашей уютной, вылизанной до блеска квартире пах не домашней выпечкой, а надвигающейся грозой. Я сидела в прихожей, рассматривая свою покупку — изящную сумку из мягкой кожи шоколадного оттенка. Это была не просто вещь. Это был символ моего возвращения к жизни после пяти лет «режима строгой экономии» ради призрачного общего будущего. — Опять транжиришь? — Голос мужа разрезал тишину, как ржавый нож. Андрей стоял в дверях кухни, скрестив руки на груди. Его лицо, когда-то казавшееся мне воплощением надежности, теперь напоминало маску вечного недовольства...