— Лидочка, а где у нас большой казан литров на двенадцать? — жизнерадостно донеслось из-за кустов цветущей сирени. Лида замерла с тряпкой в руках, которой только что вытирала пыль на полке старого буфета. Середина июня выдалась ласковой, солнце припекало, шмели лениво жужжали над грядками с первой редиской, и ничто не предвещало триумфального шествия кулинарной катастрофы. — Дима, какой казан, у нас максимальная емкость — это пятилитровая кастрюля, и в ней сейчас окрошка на кефире настаивается, — отозвалась она, пытаясь разглядеть мужа сквозь густую зелень...