— Раиса Геннадьевна, боже ж ты мой! Как вы здесь оказались? Что с руками-то? Голос долетел до неё словно сквозь толщу ваты, сквозь тот самый противный, звенящий шум, который последние полчаса стоял в ушах. Она не сразу поняла, что обращаются именно к ней. Слишком много сил уходило на то, чтобы просто держать глаза открытыми, чтобы не дать векам слипнуться в том сладком, обманчивом тепле, которое вдруг разлилось по телу, стоило только перешагнуть порог этого огромного, пропахшего мазутом и заварной лапшой здания...