Знаете, когда берешь в руки томик Василия Макаровича, всегда ждешь какого-то подвоха. Не в плохом смысле, а в том плане, что за простым деревенским сюжетом обязательно спрячется двойное, а то и тройное дно. Вот взять хотя бы знаменитый текст про Глеба Капустина. Разбираясь в теме "Срезал" Шукшин, почему рассказ называется "Срезал"?, невольно начинаешь почесывать затылок. Казалось бы, ну сидят мужики, ну чешут языками, ан нет — тут целая драма разыгрывается. Собственно, само словцо «срезал» — это чистой воды деревенский сленг того времени, да и сейчас понятно, о чем речь. Это когда ты в споре не просто победил, а буквально подкосил оппонента, как косой траву...