Знаете, когда я смотрю на групповые фотографии партийной верхушки начала двадцатых годов и ловлю себя на жутковатой мысли. Стоят люди. Улыбаются, щурятся от солнца, поправляют френчи, опираются друг на друга. Кажется, это монолит. Единый организм, который только что перевернул огромную империю и собирается строить новый мир. А я смотрю на них и вижу не соратников, а мертвецов. Ходячие трупы, которым история уже выписала ордер, просто дату проставить забыла. Январь двадцать четвертого года. Горки...