— Ты хоть понимаешь, что это уже не твоя дача? Мы её на себя переписали, — сказал брат, и Нина почувствовала, как земля уходит из-под ног прямо там, у калитки родительского дома. Сумка с продуктами выпала из рук. Помидоры покатились по дорожке, которую они с отцом когда-то выкладывали вдвоём, камень к камню, в то далёкое лето, когда мир был простым и тёплым, а будущее казалось бесконечным. Нина смотрела на брата и не узнавала его. Гриша стоял на пороге, скрестив руки, и в глазах его не было ни капли смущения — только чужая, холодная решимость...