Тихий шелест тасованной колоды и стук золотых империалов по зелёному сукну. Эти два звука я слышу каждую ночь вот уже тридцать лет, хотя давно оглох на левое ухо. Меня зовут Павел Нащокин. Вернее, звали. Сейчас я старик, доживающий век в московском доме, который тоже когда-то проиграл и каким-то чудом выкупил обратно. Но рассказать я хочу не о себе. Я хочу рассказать о том вечере в Английском клубе, когда Александр Сергеевич Пушкин положил на карточный стол рукопись, которую сегодня знает вся Россия...