Весной 1948 года советское руководство отозвало из Югославии всех военных советников и гражданских специалистов. Шаг резкий, почти военный. Белград ответил серией писем. Читая их в Кремле, трудно было не заметить: югославские товарищи, ещё вчера певшие хвалу старшему брату, теперь спорили, оправдывались, а местами держались с достоинством равных. Для системы, где слово из Москвы имело силу закона, это выглядело почти немыслимо. Размах последовавшего разрыва трудно оценить, не зная, насколько тёплыми были отношения до него...