Что делать писателю, если к нему в кабинет без стука входит незнакомая дама и с порога заявляет: «Я написала драму»? Эта навязчивая графоманка принесла огромную рукопись и готова читать ее вслух часами, не замечая ужаса на лице классика. Каждая новая страница ее нелепой пьесы становится для измученного автора настоящей пыткой, а вежливость — непозволительной роскошью. Выдержит ли гений русской литературы этот литературный терроризм или его нервы сдадут...