Читаем Пушкина, «Анчар»: В пустыне чахлой и скупой, На почве, зноем раскаленной, Анчар, как грозный часовой, Стоит — один во всей вселенной. Вот к чему приводит игнорирование буквы ё. От нас уходят смыслы произведений искусства. Ставлю томик Лермонтова на то, что нужно читать именно «раскалённой» и «вселённой». В университете нам говорили, что профессиональные поэты никогда в жизни не шли на допущения или коверкания слов. На то они профессионалы: работали над стихотворением до тех пор, пока все слова не встанут в размер и композицию...

Знаете, когда берешься за томик Александра Сергеевича, сразу чувствуешь: тут всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Пушкин — это же настоящий гроссмейстер смыслов. Читаешь «Ариона» или «Анчар», и внутри словно что-то щелкает. Вроде бы слова понятные, рифмы безупречные, но за каждой строчкой прячется двойное, а то и тройное дно. Так какой литературный прием использовал Пушкин в "Арионе" и "Анчаре"? Давайте-ка разберемся в этом творческом «замесе», не наводя лишней скуки. Главный козырь, который вытаскивает поэт из рукава в обоих произведениях, — это аллегория. Ну и, конечно, старая добрая...