— Половину мне, а вторую половину маме, то есть твоей свекрови, Светочка. А тебе останется чистая совесть и законное право по выходным протирать там пыль на шкафах, — Витя благодушно отломил кусок белого хлеба и щедро макнул его в подливу. — Справедливость — она, знаешь ли, штука математическая. Тут сантиметрам и эмоциям ни к чему волю давать. Светлана застыла с половником в руке, глядя на мужа так, словно у него на лбу только что проклюнулся третий глаз. На дворе стояли первые числа июня. За окном...