В мире, где мужчина по умолчанию считается главой, опорой и продолжателем рода, его уход в семью жены выглядит как капитуляция. Особенно в патриархальном крестьянском обществе, где земля и дом — это не просто имущество, а основа миропорядка. Однако русская деревня, при всей своей кажущейся простоте, была куда сложнее и прагматичнее, чем принято думать. И в ней существовал институт, ломающий все стереотипы, — «примачество». Мужчина, уходивший жить к тестю с тещей, назывался примаком, а иногда и более обидными прозвищами — «влазень», «жилец», «подживотник»...