Когда Империя Затягивает Пояса Великое казачество всегда жило на острие имперской политики. Его степная воля была одновременно щитом Империи и её постоянной головной болью. На протяжении столетий, начиная с эпохи Алексея Михайловича, Петербург, словно опытный хирург, постепенно, но неуклонно, усекал автономию вольных общин. Войско Уральских казаков, стоявшее на пороге азиатских степей, ощущало это давление особенно остро. Новые «новации» превращали вольного воина в государственного служащего, а старые привилегии таяли, как весенний снег...