В среду 11 марта 1801 года над Санкт-Петербургом сгустились тяжелые, точно мокрый свинец, сумерки. Михайловский замок, окруженный глубокими рвами с мутной водой и поднятыми мостами, казался неприступным островом в океане затаившейся городской злобы. Его стены, выкрашенные в необычный розоватый цвет, в этот вечер в свете редких масляных фонарей отливали багрянцем, словно предчувствуя грядущее. Император Павел Петрович Романов, которому на тот момент исполнилось 46 лет, бесцельно бродил по своим покоям...