Пётр стоял на крыльце и в третий раз поправлял ворот рубашки. Рубашка была старая, ворот всё равно топорщился. За дверью гремела музыка, кто-то смеялся, звенели бокалы. Он позвонил. Дверь открыла домработница в белом фартуке и смерила его взглядом сверху донизу. – Вам кого? – спросила она. – Аркадия. Я брат его. Она подняла бровь. Видно, братьев тут таких не ждали. Одет он был бедно, в сапогах, руки в трещинах. Но пропустила, отступила в сторону, и Пётр вошёл в чужое тепло, где пахло кофе и дорогими духами...