В больничной палате лежали четверо стариков. К троим никто не приходил. Егор Тимофеевич каждый раз делил дочкины гостинцы поровну, хотя его об этом не просили. И даже когда его попросили не делить. *** Палата пахла хлоркой, варёной капустой и чем-то ещё, чему Егор Тимофеевич так и не подобрал названия за первые трое суток. Не лекарствами. Не старостью. Чем-то средним, будто сам воздух здесь устал и не хотел проветриваться. Койка у окна досталась Михалычу. Он лежал там, когда Егора привезли, лежал неподвижно, глядя в потолок, и первые полдня Егор думал, что сосед спит с открытыми глазами...