Дверь в квартиру Николая Петровича была приоткрыта, когда я возвращалась с работы. Обычная вроде бы вещь — он часто не закрывал замок, говорил, что рука уже не та, ключ не слушается. Но в тот вечер что-то было не так. Слишком тихо. Обычно в это время у него бубнил телевизор, какая-то передача про рыбалку, он любил смотреть её на всю громкость, потому что плохо слышал. Я толкнула дверь. — Николай Петрович? Это Аня, с третьего этажа. Тишина ответила мне так, что я сразу поняла — что-то случилось. Не знаю, как это объяснить, просто в воздухе будто что-то изменилось, стало гуще, что ли...