Любовь на века. Инна Чурикова и Глеб Панфилов
– Твои грошовые шторы уродуют зал! – кричал муж с мамой. Звонок приставам очистил мою жилплощадь.
– Твои грошовые шторы уродуют зал! – Элеонора Георгиевна дёрнула ткань так, что латунное кольцо щёлкнуло и слетело с карниза. – У тебя нет вкуса, Ольга. Ты портишь статус этой квартиры. Сюда нужен нормальный шёлк, а не эта дешёвка. Штора упала на паркет, прямо под её каблук. Я три дня назад сама выбирала этот плотный молочный лён с серым отливом. Не блестящий, не театральный, без показной роскоши. Для моей гостиной он подходил идеально: высокий потолок, старый паркет, книжные шкафы отца, широкий подоконник, на котором мама когда-то держала альбомы по архитектуре...