Шум из моей квартиры, расположенной на пятом этаже, был слышен даже возле почтовых ящиков. Я торопливо поднялась к себе и открыла дверь. Моя родная сестра Раиса даже не обернулась. Она в этот момент ожесточенно терла влажной салфеткой с резким химозным запахом ромашки липкие щеки трехлетнего кудрявого Ромки, который верещал во все горло. На полу было что-то разлито. Николай, муж сестры, грузно сидел на моем табурете, держа на коленях пятилетнюю Алинку, и гудел басом, изображая звук летящего самолета...

Вечер начался обычно. Николай приехал со смены на водоканале усталый, повесил куртку в прихожей и попросил достать из машины мешок картошки, который передал с дачи сват. Сказал, что поясницу тянет, а багажник открыт, ключ в замке зажигания. На улице моросил мелкий осенний дождь. Я накинула старую ветровку, спустилась во двор к нашей серой девятке и откинула тяжелую крышку. Мешок лежал прямо у края, мокрый и тяжелый. Я потянула его на себя, мешок соскользнул, и картофелины раскатились по войлочной обшивке, завалившись в нишу под резиновый коврик...