Керенский, как глава государства, на словах соглашался с обновлением армии по проекту Корнилова, но на деле не собирался жертвовать такими важными революционными новшествами, как комиссары и комитеты. Введение смертной казни было реакцией и анахронизмом – Керенский мог прослыть изменником. Будучи министром юстиции, он сам подписывал декрет об отмене смертной казни в России с пометкой «навсегда». В конечном итоге все программы Корнилова оттягивались, не принимались, ждали некоего мистического «подходящего момента»...