Товарищи Лермонтова по юнкерской школе прозвали его бабушку Марфой Посадницей. Высокая, прямая, с тростью в руке, она говорила неторопливо и внятно, и даже молодёжь с ней не скучала. Историк Лонгинов вспоминал, что не знал «почти никого, кто бы пользовался таким общим уважением и любовью». Обаятельная старуха, не правда ли? Вот только за этим обаянием скрывалась женщина, которая похоронила мужа, дочь, у которой была чахотка и хладнокровно отобрала внука у родного отца, заплатив ему отступные. Но чтобы понять, откуда взялась эта железная хватка, придётся вернуться на тридцать лет назад...