Сырым ноябрьским вечером 1754 года над Васильевским островом в Санкт-Петербурге стелился плотный балтийский туман, пахнущий соленым невским льдом, сырой гранитной пылью и горьким печным дымом. В темных, массивных окнах величественного каменного здания Кунсткамеры и Императорской Академии наук едва теплились редкие сальные свечи. В этих холодных, продуваемых промозглыми сквозняками залах царила атмосфера глубокого запустения, чиновничьей спячки и бесконечных подковерных интриг. Главное научное учреждение...