Вглядываясь в прошлое нашей культуры, я часто спотыкаюсь о невероятный исторический парадокс, который изменил судьбу целых народов. Как получилось, что могущественная империя, казнившая проповедника из Галилеи, со временем сделала его имя своим главным знаменем? В начале двадцатого века этот же вопрос не давал покоя великому русскому писателю Льву Толстому. В своей усадьбе он бережно листал старые хроники, пытаясь отделить зерна от плевел и понять, где заканчивается подлинная вера и начинается государственная выгода...