Кутью тётя Люда поставила в бабушкиной синей миске. Я эту миску знала — скол на ободе, бабушка в неё крошила хлеб голубям на подоконник. Значит, из квартиры уже возили. Я села с краю, поставила сумку под стул. В сумке звякнули ключи: восемь связок с бирками, подписанными маркером, — Ленина 44, Гагарина 9, «Н. П.». Бабушкина была самая старая, картонка от неё истрепалась. — Ты ешь, — сказала Люда. — С работы же. — С показа. — Вот и ешь. Виталик передал мне хлеб и сразу отвернулся к отцу Насти. Дядя Сергей крутил рюмку по клеёнке, не поднимая...