В тот четверг Егор Волков пришёл на завод на двенадцать минут раньше обычного. Если бы задержался, как всегда, на остановке, где утренний ветер тянул вдоль бетонного забора запах прелой листвы и мокрого асфальта, он бы не заметил, как начальник цеха прячет глаза. Борис Семёнович стоял у проходной с пропуском в руке и смотрел мимо. Всегда смотрел прямо, в лицо, даже когда распекал за брак. А тут мимо. Егор кивнул ему, начальник кивнул в ответ, но вбок, будто кивал столбу за его спиной. Раздевалка встретила привычным запахом: металл, разогретая смазка и что-то вроде нагретого электричества...

Руслан Захаров проснулся за минуту до будильника. Так бывало почти каждое утро: тело помнило расписание лучше, чем голова. Пять сорок девять на экране телефона, за окном ещё не рассвело, и фонарь во дворе бросал на потолок мутное жёлтое пятно. Он лежал, глядя в это пятно, и считал секунды. Шестьдесят до звонка, потом сорок, потом двадцать. Телефон затрещал на тумбочке, и Руслан выключил его привычным движением, не глядя. Кухня встретила холодом. Батареи в этой квартире грели через раз, мастера из управляющей компании обещали прийти уже третью неделю...

Коллекцию ИЖей, построенных при СССР, можно определенно считать лучшими мотоциклами, на какие только были способны советские конструкторы. В 90-е завод в Ижевске пытался подстроиться под неорганизованный рынок и даже дизайн своих мотоциклов адаптировал под западные топ-модели. Затем наступило понимание того, что нужно искать удачные конструкторские решения, а не гоняться за эффектной внешностью. Последний байк завода - «Планету-7», справедливо относят к наиболее удачным моделям, созданным в Ижевске...