В госпитале Кёсег его считали сломленным. Худой, с землистым лицом, генерал-лейтенант Корнилов неделями не выходил из палаты, жаловался на сердце и просил лишний раз не беспокоить. Лагерное начальство с удовлетворением заносило в рапорты, что больной русский генерал опасности не представляет. Они не знали, что учащённое сердцебиение вызвано чифирём, который Корнилов пил нарочно, а бледность и худоба были результатом сознательной голодовки. Пока австрийцы списывали его со счетов, в аптеке этажом ниже чех-фармацевт шил для него солдатскую форму...