Крепышов вздохнул тяжело, как паровоз на подъеме, и отложил газету. — Спиридон, друг мой ситный. Я, конечно, инженер, а не частный детектив. Но когда Юлька начала раз в месяц уезжать в командировки в неизвестном направлении, хотя работала она в библиотеке имени Ленина, я кое-что заподозрил. Но ты был... как это, по-вашему, по-научному... конгруэнтно счастлив. Я не хотел разрушать твою идиллию. — Идиллию! — заорал Мымриков так, что с полки упал графин с водой. — Она пользовалась мной восемь лет! Она ждала его! — Не восемь, — спокойно поправил Крепышов, вытирая лужицу на полу...