Брелок в моем кармане коротко завибрировал. Один раз. Потом еще. Четыре года эта маленькая черная кнопка молчала. Я отдал ее сестре, когда мы похоронили родителей, и она осталась у меня на руках четырнадцатилетней. Вложил ей в ладонь и сказал: «Что бы ни случилось, где бы ты ни была, нажми, и я приду, хоть из-под земли». Четыре года она не нажимала ни разу, а теперь нажала. Я сразу понял, где она. В бане на окраине, куда ее заманил человек, которому она задолжала копейки, выросшие в петлю. Ростовщик...