Феня стояла у порога кабинета, чувствуя, как дрожат колени. Она знала, что в других домах за такое могли наказать или, что еще хуже, выгнать. Но Иван Андреевич был не такой... Он всегда относился к ней по-доброму, без барской спеси и грубости. Собравшись с духом, девушка переступила порог и, глядя в пол, выдохнула: — Барин... Я забрюхатела. Крылов поднял глаза от листов бумаги, отложил перо. В комнате повисла тревожная тишина. А потом он встал, подошел к ней, положил руку на плечо и тихо сказал: — Не бойся, Феня...