Говорили, что Евдокия Степановна умеет видеть смерть. За плечами — полевая хирургия от Вязьмы до Берлина, руки по локоть в чужой крови и ни одной слезинки. В родной Яблоневке её боялись и обходили стороной. Но однажды на пороге её избы появилась та, кого старуха совсем не ждала, — робкая сирота с огромным животом и взглядом загнанного зверька. И с этого дня началась история, в которой даже каменное сердце дало трещину. Август в Яблоневке стоял душный, яблоневый — даже ветер пах печёным яблоком и пылью...