— Леночка, ты только не волнуйся. Я принял очень непростое, но единственно верное решение. Ты же у нас человек разумный, сильный, ты всё поймешь правильно. Вадим говорил непривычно мягко, с той особенной, убаюкивающей интонацией, которую обычно приберегают для сообщения плохих новостей. Он смотрел на Лену с выражением глубокого, почти жертвенного благородства на лице. Так смотрят люди, которые только что совершили грандиозный поступок за чужой счет и искренне ждут за это аплодисментов. — Что случилось, Вадим? — Лена отложила блокнот...