Сегодня тема будет про Гоголя, но не про «Ревизора» и не про «Мёртвые души» как литературу. Про последние месяцы жизни, когда человек принимал решения, которые со стороны казались безумными, а изнутри выглядели иначе. Привычная версия звучит коротко: сошёл с ума, сжёг рукопись, умер. Три слова, и всё будто понятно. Но когда читаешь письма Гоголя, воспоминания друзей и записки лечившего его доктора Тарасенкова, «безумие» перестаёт быть объяснением. Появляются конкретные причины, конкретные люди и конкретное давление, которые складываются в цепочку...