Ночь с 11 на 12 марта 1801 года в Петербурге выдалась морозной, как удар хлыста по обнаженной спине. В стенах Михайловского замка, этого причудливого готического лабиринта, где эхо шагов звучало как приговор, император Павел I метался в полусне. Дверь спальни скрипнула – тихо, но неотвратимо, словно судьба, подкрадывающаяся к жертве. Ворвались тени: офицеры в мундирах, лица искажены гневом и страхом. Один удар – золотая табакерка в висок, хруст кости под шарфом, и тишина. Официально – апоплексический удар...