В тот вечер я задержалась в аптеке до девяти. У нас не сходился остаток по одной позиции, копеечной, упаковка пустырника, и я не ушла, пока не нашла, где задвоилось. Тридцать лет за первым столом приучили меня к простой вещи: если сходится всё, кроме одной мелочи, значит, ошибка есть, и она просто хорошо спряталась. Мелочей не бывает. Бывает плохо найденная правда. Домой я вошла в начале десятого. Виктор лежал на диване перед телевизором, в той самой растянутой футболке, которую я сто раз порывалась выбросить и сто раз жалела...