Евгения Петрова привыкли видеть рядом с Ильфом, а не с окопом: лёгкая ирония, афоризмы, московские истории. Летом 1941 года этот узнаваемый автор вдруг оказывается в совсем другом кадре — на Смоленском направлении, где немецкое наступление рвётся к Москве, фронт ходит туда‑сюда, а военному корреспонденту приходится жить теми же рисками, что и солдатам. До войны Петров был фигурой почти «гламурной» по меркам 30‑х годов. Газеты, фельетоны, командировки, два романа, которые читают всей страной. Он умел смеяться над бытом так, что за шуткой всегда проступала точная мысль...

В рукописном альманахе Корнея Чуковского, куда писатели вписывали шутки и автографы, сохранилась короткая перепалка. Евгений Петров написал: «Моя жена Валентина в шестилетнем возрасте выучила Вашего "Крокодила" наизусть», а чуть ниже Юрий Олеша приписал: «Петров умалчивает, что его жене был посвящён роман "Три толстяка". Она выросла и вышла замуж за другого». За этой шуткой стояла история, в которой одному досталась сказка, а другому женщина. Это лишь одна страница из биографии человека, которому судьба подкидывала сюжеты покруче любого романа...