У нотариуса на улице Полевой пахло лимонной полиролью и чужими нервами. Марина сидела с краю, у самой стены, и разглядывала свои колени. Лариса — по центру, спина прямая, сумка на коленях как щит. Между сёстрами было полтора метра стула и одиннадцать лет несказанного. Нотариус, женщина лет пятидесяти с очень ровным голосом, дочитала до середины и сделала паузу — не для эффекта, а чтобы перевернуть лист. — «Квартиру по адресу город Рязань, улица Есенина, дом двенадцать, квартира сорок один, завещаю Тихоновой Марине Андреевне»...