Посреди каменистой пустыни многоэтажек «Торпедо» в жару становится оазисом, за его центральной ареной - бурьян в рост и дикие кусты. В полдень звонят колокола Симонова монастыря, как часы, стрекочут кузнечики, и бегут, словно вагоны бесконечного поезда, груженые влагой облака. Я целыми днями валяюсь в зарослях чертополоха на уцелевшей чудом деревянной трибуне, которую зову «кораблем», гляжу в бездонное небо в надежде выдавить из себя хотя бы строчку. Но в голову ничего не идет. Тогда я перелистываю «Историю Российской Империи на рубеже XVIII – XIX в...